comintour.net
stroidom-shop.ru
obystroy.com
МАРАГА - НЕУТИХАЮЩАЯ БОЛЬ
[ARM]     [RUS]     [ENG]

МАРАГА - НЕУТИХАЮЩАЯ БОЛЬ

Нунэ АЙРАПЕТЯН

Совершенное 27 лет назад в одном из самых крупных и процветающих сел Арцаха - Мараге - преступление стало еще одним свидетельством кровавых следов и геноцидального присутствия азербайджанских варваров, оставшись в армянской истории как одна из самых трагических страниц Арцахской борьбы. Для убийства не уехавших из села стариков, женщин и детей они вновь выбрали месяц апрель. То, что резня мирного населения Мараги была организована и осуществлена на государственном уровне, свидетельствует тот факт, что многим варварам потом присвоили высшие государственные звания Азербайджана. Несмотря на то, что вице-спикер Палаты лордов Великобритании баронесса Керолайн Кокс, побывавшая в селе уже через три дня после преступления, и Международная правозащитная организация HelsinkiWatch официально подтвердили, что мирное население Мараги стало жертвой неописуемого преступления, тем не менее, по сей день мировое сообщество воздерживается от адекватной оценки. Марага находилась на трассе Гандзак - Степанакерт и считалась северными воротами НКАО. Согласно переписи населения 1989 года, в армянском селе проживали 4670 человек. Начавшемуся рано утром наступлению предшествовал обстрел села с разных сторон. В селе не было военных, однако жители создали отряд самообороны. Прекрасно осознавая, что за обстрелом последует наступление, вооруженный охотничьими ружьями и самодельными автоматами отряд из 60 человек подготовился к сопротивлению, но силы были неравными. Азербайджанцы нападали при поддержке бронетехники - около 20 танков. Широкомасштабное наступление началось на рассвете. Организованная сельчанами оборона была прорвана, село оккупировано. Более 60 человек взяты в плен. Чудом спасшиеся от геенны марагинцы нашли приют в самых разных странах мира. Они и сегодня не могут вспоминать без слез тот адский день. Их рассказы о том кровавом дне не могут оставить равнодушными даже самых хладнокровных иностранцев. Равик Габриелян (87 лет, ныне проживает в городе Мартакерт) - Наступление на Марагу началось в шесть часов утра. Стреляли из пушек, крупных пулеметов. Многие до этого вывезли своих жен и детей из села. Мы были оптимистами, азербайджанцы не были нам братьями, но десятилетиями мы жили бок о бок. Расстояние между нашим селом и Мирбаширом составляло всего два километра. Кто мог ждать таких зверств от них? В тот день с нами находились также семьи моей сестры и брата. Как только узнали, что азербайджанцы зашли в село, кое-как вывезли наши семьи, даже не хочу вспоминать, с какими мучениями преодолели этот путь. Мой друг Варданян Борик работал в водном хозяйстве. Омоновцы распилили ему голову пилой, а на теле оставили запись: «Отныне будешь справедливо распределять воду». Его мать Парандзем и жену Зару взяли в заложники, по сей день их судьба неизвестна. В тот день тяжело был ранен их сын Владик. Участник Великой Отечественной войны Патвакан Галстян добрался до Берлина, но был убит в своем доме автоматной очередью. Всех не перечислишь... Жанна Петросян (ныне проживает в Степанакерте) - 10 апреля меня не было в селе. В Мартакертском госпитале ухаживала за раненым супругом Эдиком Абрамяном. Но всеми мыслями я была в селе, там находились трое моих детей, младшему и двух лет не было. Постоянно была на связи с сельчанами. Узнав о наступлении азербайджанцев, тайно от мужа решила поехать в село. Моросил дождь. Не помню даже как добралась, все в голове перемешалось. Наш дом был на окраине села, ползком приблизившись, увидела на воротах замок. Обрадовалась, значит, родители вынесли детей. Вернулась в Мартакерт. На следующий день, 11 апреля, наши уже освободили село. Оставшиеся в живых марагинцы отправились искать пропавших родных, похоронить убитых. Я тоже была с ними. То, что мы увидели, до сих пор перед глазами - обугленные тела, трупы без голов, запах крови... Я работала начальником сельского почтового отделения, и многие знали меня. В доме ветеринара Айказа Согомоняна группа азербайджанцев устроила пир (все марагинцы жили хорошо, имели отличное вино), потом отрубила хозяину дома голову. Молодого механика почты они привязали к телеграфному столбу, замучили до смерти, потом сожгли. Жестоко обошлись также с пленными. Через несколько дней, уже в Мартакерте, встретила Риту Мнацаканян: с большим трудом ее брату удалось освободить ее за огромную сумму из Мирбаширской тюрьмы. Все лицо Риты было в синяках, на руках и шее были дырки, выжженные сигаретой. Она попросила меня ни о чем не спрашивать. Рассказала о любимой учительнице Альвине Багдасарян. Они вместе сидели в одной камере. Альвину все знали, хорошая учительница, сторонница Движения. Всю зарплату отдавала на нужды ребят отряда самообороны. Настоящий патриот, интеллигент. В тюрьме Альвина отказалась произнести, что Марага принадлежит азербайджанцам, за что стреляли по ее ногам. Сейчас Рита живет в России. Альвина считается погибшей. Для всех нас, марагинцев, она самая честная и сильная женщина, герой. Я считаю неправильным, что она не награждена посмертно. Бывший житель Мараги Эдик Абрамян стал инвалидом первой группы в результате огнестрельного ранения в позвоночник в феврале 1992 года на подступах к селу. Прикован к коляске. Сегодня он сапожник, шутит: кто бы мог подумать, что такой неспокойный человек, как я, однажды будет заниматься таким ремеслом. В 2012 году на степанакертской улице Манукяна, по соседству со своим домом, открыл киоск. Каждый день жена Жанна доставляет его на работу, следит, чтобы долго не сидел в одной позе, поскольку из-за пролежней недавно снова пришлось перенести операцию. Несмотря на нелегкую жизнь, 62-летний Э. Абрамян жизнерадостный человек, любящий шутить, заражать оптимизмом других. Для него война в Мараге началась еще в феврале 1989 года, когда с товарищем доставлял в село сельхозтехнику для хозяйства. «На подступах к Агдаму нас окружила толпа азербайджанцев, мы меняли шины, иначе не осмелились бы. Товарищ был старше меня, голову ударили о капот машины, он упал. Увидев, что не могут сбить меня с ног, сзади напали с железным прутом. Пришел в себя на хлопковом поле, мне отрезали левое ухо, все тело было в крови, опухло, рот наполнен кровью. На место приехали сотрудники службы безопасности Барды. Потом, когда никто из хулиганов не был наказа, понял, что нам объявлена война. Затем создали отряд, вооружились, марагинцы сильные духом люди, они никогда не сдаются, до 10 апреля не раз пытались захватить наше село, но не смогли. В феврале 1992 года был ранен, работающих на полях сельчан наш отряд должен был сопровождать в село. Азербайджанцы сидели в засаде, открыли огонь, командир отряда Ваник получил смертельное ранение, пуля задела мне позвоночник. Наши ребята уничтожили стрелявшего, потом выяснилось, что он был сыном одного из высокопоставленных чиновников Кировабада. За его труп они освободили десять наших пленных. Когда захватили село, я лежал в госпитале. Вот уже 27 лет по ночам мне снится наше село. Марага - село моей молодости, красивое и процветающее, гуляю по улицам, беседую со стариками. Просыпаюсь, будто напрасно живу на этом свете. У меня четверо внуков. Старший сын - военный врач, младший Кима - военнослужащий, когда он был маленьким, любил повторять, что отомстит азербайджанцам за Марагу. Стал военным, отличился во время обострения ситуации в июле - августе 2014 года, а в апрельской войне тяжело был ранен, после лечения вновь вернулся в строй. Так что, обещание свое выполнил. ;