[ARM]     [RUS]     [ENG]

ВРЕМЯ РАСКАЯНИЯ

Норек  ГАСПАРЯН 

Нечего скрывать, мы натворили много постыдных дел. Высказали все, что друг о друге думаем, и каждый день, и каждый час продолжаем воодушевляться от сказанного нами, от наших дел, от якобы наших преимуществ, от наших привычек, и, представляете, от нашего патриотизма... Никаких секретов, никаких тайных обещаний, никаких прощений. Не знаю, поверите ли вы или нет, если я скажу, что пространства государственного мышления подвергаются понятным и непонятным нападкам, что разум зачастую приводит к вынужденному бездействию. И болезнь под названием «неопределенность» разрушает наши идеи, которые в свое время служили строительству государства. Я не заставляю верить сказанному, все равно от этого ничего не изменится. Человек не знает, что у него есть и от чего он воодушевленно отрекается ради кого-то. Я не знаю, я  действительно не знаю, мы только что стали такими слабыми, или время просто никогда не выставляло эту слабость перед нами с такой жестокостью и безразличием, что наш заблудший курс усыпил наши умы таким образом?

Открытые раны, нанесенные тридцатью сребрениками, не хотят затягиваться, человечество до сих пор не создало оружие мощнее тридцати сребреников. Трудно поверить, но если у тебя есть эти тридцать серебряных монет, считай и двор твой, и улица, и город, и реки, и моря. Хочу сказать, что этими тридцатью серебряными монетами можно завоевать весь мир, только их блеска достаточно, чтобы предать, боготворить, кланяться, убивать, отдать самое дорогое...

Только не говори, что меня не интересуют ни эти 30 серебряных монет, ни 100, не поверю, рассмеюсь над твоей нелогичной самоуверенностью и наивностью. И знаешь почему, потому что ты, брат, не первый и, к сожалению, не последний... и времена апостолов вечны и требование быть подвергнутым испытанию - также. Так что от них нет спасения, повсюду они преследуют нас, крутятся возле нас, завлекают, принуждают... спасение в руках Господа, если мы, конечно, еще не отреклись от Него...

Нет, мы полностью потеряли себя, стали неузнаваемыми, бессодержательными, нелюбимыми... Мы позволяем себе просить территории у больших стран, чтобы переселиться туда селами, городами... Брат, слышал ли ты когда-нибудь такое?... и опять идут... вернее было бы так сформулировать: один идет, а остальные – за ним, молча, послушно, без возражений, даже не зная куда и зачем... Как тут не сказать:  Да здравствуют общественное мышление, общественные аплодисменты, общественное послушание... Было бы нечестно, если бы я не сказал. Молчание – это разрушение страны... самоубийство, отказ от спасательного ковчега...

Ну как тут не вспоминать Ашота Гаспаряна (моего деда). Когда я позволил себе задать вопрос пожилому человеку, которому было уже за 79 и который 25 лет руководил колхозом, сможешь ли ты и сейчас руководить селом, он обиделся. И чтобы исправить свою юношескую оплошность, я продолжил, ну ладно дед, как тебе удалось 25 лет руководить колхозами в разных селах? И, знаете что он ответил мне, вы точно не догадаетесь, я тоже не ожидал, но он сказал:

-За 25 лет я никого не обидел...никому слова плохого не сказал...А твоя бабушка Анаит от зари до заката работала на деревенских полях и в садах, твой отец с 12 лет наравне со всеми работал в колхозе... а мой брат Ишхан не выходил из школы...

И вот поэтому, я хочу спросить, что вы творите брат, госпожа, сестра, родные, какой дьявол проник в наш дом, какое зло правит страной, какая ненависть нас губит и разделяет оставшуюся горстку нашей родины …

Не говорить о том, что я устал от всех! Я говорю, а мир смеется, тот, кто живет на земле всего 100 лет, издевается надо мной, подшучивает... брат... считает меня тем, у кого нет дома и места, вчерашним победителем, вчерашним сильным...

...За 25 лет я никому плохого слова не сказал... не сказал, что криво сидишь и если хочешь, встань и найди более удобное место, товарищ, крестьянин... Если бы я им сказал, в один прекрасный день и они бы мне так сказали...

Нет, кто что хочет, пусть говорит, но страну надо держать. Представляете, на протяжении многих лет мы восхваляли генералов, говорили, что лучше наших генералов нет на всей планете, выяснилось, что это вовсе не так: наш генерал вовсе и не так хорош, и полковник – не полковник, и национальный герой – не национальный герой, остался только обычный рядовой солдат и ему, как выясняется, было бы не плохо, к примеру, службу провести дома, подальше от всех бед. Сядь у ворот или дверей, и пусть кто-то осмелится  приблизиться, пусть кто-то попробует сказать что-то худое о доме... И так каждый ...свой дом, в крайнем случае -двор или здание... И что в этом плохого?!... Спокойно, мирно...

Вы много слышали о движущей силе под названием «народ». Когда нас каждый день, на каждом шагу, утром и вечером, убеждали, объясняли,  истолковывали: рабочий класс и трудовое крестьянство... Как выяснилось, и здесь нас обманули. Такого нет, это - жалкая и плоская ложь. Движущая сила?!...  Маловероятно... Движущая сила – одна... и всегда была одна... умный и не очень, смелый и трусливый, высокомерный или скромный... не имеет значения... именно эта сила и делает свое дело, один с благословления Господа, другой – по приказу дьявола...

Мне больше нечего сказать. Решайте сами... У меня нет времени и желания вновь вас обманывать или что-то объяснять... Но знаю одно, если мы еще немного опоздаем, наши раскаяния никто не примет... и мы останемся ни с чем...