[ARM]     [RUS]     [ENG]

ТРУДНОЕ ИСКУССТВО ОТКАЗА ОТ АПЛОДИСМЕНТОВ

Норек ГАСПАРЯН

Почему? Это болезнь или… даже не хочу употребить слова оценка или признание. Наверное, и обязательство. Стоя. Зачастую бурные, самозабвенные. Продолжительные… Лживые… формальные…Если все, тогда и я… чтобы не подумали: кто этот  самодовольный себялюб… этот, который не аплодирует… И что… всего лишь один из пятисот тысячи, или пяти тысяч… Даже смешно… Единственный  искренний, да вы что?.. Найди свое место, брат, спрячься, выключи свет… чтобы тебя не увидели… Неужели ты до сих пор не понял, что никому не нужно твое это, должен сказать, уродливое, нет, излишнее присутствие, твое это… лучше  я не скажу что… молчание… И как бы я не думал, все-таки правильнее – не выделяться, иными словами, как все, так и ты… Хотя бы один раз можно попробовать… я посоветовал нескольким, до сих пор ни слуху ни духу, и нормально живут. Не буду скрывать, я рад, хотя никто даже формально не поблагодарил  за мой такой  мудрый, спасительный совет. А можно было бы, не так ли? Конечно, можно было бы. Но главное в том, что люди, наконец, нашли свое место и живут полноценной жизнью. Так что, самое трудное - раз поаплодировать, обязательно стоя… а то, до каких пор… человек устает от одиночества, он  устает страдать в одиночку, ждать в одиночестве…

Да и потом, аплодировать не такое уж трудное и сложное занятие, встань прямо и … поехали… от безделья уставшие ладони, с соответствующего расстояния, с соответствующей скоростью встречаются друг с другом… у специалистов это, можно сказать, получается прекрасно… Почти без всякой тренировки и подготовки. Обычное явление. Если на протяжении нескольких дней не делать этого, руки обессиленно  свиснут… А о подавленном настроении, вообще я не говорю…

Не могу не сказать. Некоторые это привычное занятие довели до общенационального уровня, почти убедив, что без этого ничего не получится, без этого и птиц не будет на небе, и рыб – в море. А такое существо, как человек, и вовсе умрет, хочу сказать, ничего не сможет сделать, ничего ценного не создаст. Если кто-то, к примеру, скажет, что это что-то наподобие оружия или новое вооружение, которое  без промаха используется в многолюдных залах и площадях, знайте, что это правда. Еще один важнейший совет: никогда не пытайтесь анализировать - а почему?.. Это бессмысленно, это уж точно вас никуда не приведет. Останетесь на полпути… покинутые, одинокие, даже беспомощные… Ни у кого даже не возникнет желания найти вас…

У меня был знакомый, который очень любил театр, но я никогда его не видел в зале театра… Почему? Говорил, я прихожу в ужас от неистовых самозабвенных аплодисментов… Сотни людей, взрослые и дети, мужчины и женщины, вместе… в том же ритме…

Человек сказал что-то странное? Не думаю: в детстве мне тоже было страшно, были малыши, которые плакали. А наш сосед Макар говорил: театр не место для детей…если хотите знать, и для женщин…

Естественно, женщины не соглашались со второй частью сказанного Макаром, но вход детям был строго воспрещен. Естественно, и меня это касалось, больше всего, возможно, меня. Честно говоря, вначале протестными проявлениями я пытался убедить, что не такой уж я и ребенок, тем более, в контексте сказанного Макаром, но потом привык к моей такой изоляции, даже более, научился никому не аплодировать бессмысленно, не уподобляться другим, жить  вне демагогии, подальше от коллективного мышления… Не правда ли, это хорошо? Конечно хорошо, просто восхитительно. Было бы что-то, достойное аплодисментов. Книга, представление, концерт, дело, шаг, слово… полотно… поведение… рукопожатие… исповедь… разрушающие стереотипы… к примеру, жизнь…

Рукоплескавшие… есть из каждого сословия. Здесь все равны. Никакой разницы. Нет проблемы вкуса. Можешь сказать: Да здравствует свобода! Все… «Вместе» вне игры, желание встретиться с ним, не имеет с нами никакой связи… И опять сказанное Макаром, наверное, где-то 50 лет назад:

- Наше такое жалкое и бедственное положение, сколько бы я не думал своей уставшей головой, от этих рукоплесканий… И еще, если наш этот залатанный мир в один прекрасный день разрушится, знай, все от этого… Вы видели, есть человек, который аплодирует сам себе… Если завязать ему руки, он испустит дух…

Ах, Макар, Макар… Ты хоть знаешь, сколько людей встанет рядом с тобой, сколько из них примут твои слова…

Естественно, не знаешь, и это даже не плохо… все равно мир был таким, таким и останется, что мне сказать, Мир, уважаемый Макар, не намерен изменяться, отказываться от себя, до… Не скажу до каких пор… ты знал об этом…

Выход… Есть? Кто-то видел? И что они говорят? Кто-то приблизился к нему? Хотя бы один. Я говорю что-то несуразное? Время бежит впереди меня? Где я? Был  бы кто-то, кто понял бы меня, принял бы…

Ну да ладно. Что мне предстоит? Мое. Твое. Количество голосующих- нуль. Остановка? Слияние? И что потом? Все то же.

Нет. Я не согласен. Тысяча и один… Перед желанием тысячей, мир разоружается… А Макара, как правило, никто не слушал. Естественно, кроме меня. И знаете почему? Потому что Макар был простым человеком, обычным сапожником в городе Шуши, хотя, сшитую им обувь человек спокойно носил, как минимум, 15-16 лет. Хочу сказать, что если бы этот Макар, к примеру, был бы в костюме с галстуком и в сверкающей обуви, сказали бы- Пророк…

И очередь к мастерской с вывеской  «Сапожник  Макар» выстроилась бы огромная… Люди приезжали бы даже из самых дальних мест страны, чтобы узнать у нашего Макара что-то о своем будущем…

А то сапожник… Какой из сапожника Пророк?.. Даже смешно… Так что, аплодируйте, сколько можете, от этого вреда не будет, более того, это даже полезно для здоровья… А также для общественного устроя…

Так что, более продолжительные, более бурные, более самозабвенные…

Дамы и господа.